1851 – «Столбизм» – уникальное явление красноярцев

«Столбизм» – неформальное общественно-самодеятельное спортивно – оздоровительное, культурологическое движение, своего рода философия жизни, присущая значительной  части жителей Красноярска, в основе которой лежит единение с уникальной природой заповедника «Столбы». Объединяет людей разных профессий, возрастов, политических взглядов, вероучений.

«Видел я Альпы швейцарские и итальянские, но нигде не видел такой красоты, как эта»
В.И. Суриков о «Столбах»

В общих чертах история заповедного места, которое названо «Столбы»,  известна  по немногочисленным источникам,  в которых фигурируют одни и те же фамилии и описываемые события. Одним из таких источников, в котором описывается история красноярских «Столбов»,  является книга Ю.Г. Попова «Горы на всю жизнь». В свою очередь, и Юрий Георгиевич Попов, отдавая дань уважения предыдущим исследователям «Столбов», ссылается на книгу А.Л. Яворского и А.Н. Соболева «Столбы».

О первом посещении человеком этих мест Ю.Г. Попов пишет, предположительно указывая на 70-80-е годы  19 - го столетия. Это примерно на 250 лет позже основания Красноярска (1628). Однако допускает, что некоторые охотники заходили сюда и раньше. Как факт, исторически установленный и пока никем не оспоренный, в первопосещении «Столбов»  принадлежит Вениамину Капину, педагогу Владимирского приюта, который в 1851 году вместе с группой воспитанников совершил восхождение на «Первый столб». С тех пор и до 1884 года упоминаний о посещении и активном освоении этих мест найти не удалось. Спустя 33 года писарь Красноярской губернской  управы Чернышев Александр Семенович,  охотясь по речке Лалетиной, в 1884 году  выходит  к «Первому столбу». Осенью 1885 года, уже по первому снегу, на «Столбы» попадает приятель  Чернышева, охотник Николай Иванович Суслов. Чернышев и Суслов вместе посещают «Столбы» в 1886 году. Теперь, по хорошо известной тропе они выводят к «Первому столбу» целую компанию любителей природы. Так, с конца 80-х годов 19 века «Столбы» становятся местом прогулок красноярцев. В это время многие скалы получают названия, их вершины покоряются смельчакам.

Наконец, в 1892 году около «Третьего столба»  компания А.С.Чернышева строит первую избушку. А.С. Чернышев и его товарищи первыми начали осваивать и покорять основные скалы, прокладывать тропы, открывать все новые лазы, присваивать скалам и лазам названия. Они же выработали и первые приемы скалолазания, которые постепенно совершенствовались и послужили основой для сегодняшнего спортивного скалолазания. А тогда участники восхождений на «Столбы» получили местное название «столбисты», а  само лазание по скалам – «столбизм».

Новый, более интенсивный период освоения «Столбов» относится к 1920 годам. В 1921 году появляется первое объединение «столбистов» под экзотическим названием «Павианы». Устав, принятый сообществом определял правила приема в компанию, обязанности и задачи ее членов. Устав содержал 16 пунктов. В них предусматривались порядок разжигания и местоположение костров, охрана леса с целью предупреждения пожаров, очистка его от валежника, правила поведения «столбистов» на стоянках и на скалах. Примечателен один из первых пунктов Устава – «Безусловно не допускаются нецензурные выражения и распитие спиртных напитков». Основной костяк общества составляли представители передовой части рабочего класса города Красноярска.

В 1932 году другое общество «столбистов», стоянкой которых была избушка под названием «Сакля Карапета», приняла «Наказ». В отличие от Устава «Павианов» он содержал распространение выработанных правил не только на членов своей компании, но и на всех лиц, посещающих «Столбы». 
В это время скалолазание становится массовым. Осваиваются такие труднодоступные скалы, как «Коммунар», «Митра», «Манская стенка», «Перья» и другие. Лазы на них – высочайшей категории трудности. И тогда, без современной альпинистской техники, они были подвластны лишь немногим, действительно выдающимся, талантливым спортсменам, имена которых становятся широко известными и популярными в городе.

Неоценимый вклад в изучение «Столбов» внес Александр Леопольдович Яворский. Составленная им «Хроника Столбов с 1901 по 1931 годы» – это хрестоматия не только заповедного места, но и история «столбизма» с его компаниями, избами, тропами, хитрушками. Его имя уже неотделимо от истории «Столбов»,  оно – часть этой истории, талантливо вписанное в сочиненную  им  потрясающую поэму «Столбы».

 … Но нам, не вечным, эти камни вечны, 
Прекрасен образ их чудесный, неземной.
И в век людской поспешный, быстротечный
Они наш жизни путь украсили собой.

А.Л. Яворский, 
Учёный-ботаник, Первый директор государственного заповедника «Столбы».

Каждое новое поколение выдвигало лучших из лучших,  «гроссмейстеров» скальных стадионов. В 1920-е годы – братья Устюговы и Леушины, Степан Астахов, Константин Хайдуков, учитель рисования Василий Александрович Сипкин; известный художник, ученик В.И. Сурикова – Дмитрий Иннокентьевич Каратанов; братья Виталий и Евгений Абалаковы, Иван Беляк и Борис Попов, Трофим Догадаев, сестры Мария и Валентина Чередовы. В 1930-х годах засверкали имена Веры Гудвиль, Тамары Беспрозванных, Якуба Хабибуллина, Бориса Тыжнова, Людмилы Зверевой, Бориса Бородушкина. В 1950 - 60-х годах – Владимира Зырянова, Константина Шалыгина, Юрия Моисеева, Бориса Абрамова, Валерия Светлакова, Бориса Феоктиствова, Юрия Мартынова, Георгия Козловского, Эльвиры Муруевой , Геннадия Снопкова, Леонида Безрукова, Эллы Фрейберг и др.

Следующий этап в жизни «Столбов» и «столбистов» связан с именами Ивана Филипповича Беляка и Константина Михайловича Шалыгина. 
В 1946 году по решению Красноярского городского комитета комсомола и добровольного спортивного общества «Большевик» все скалолазы были объеденены в спортивное общество «Беркуты». Руководителем и председателем краевого Совета общества стал И.Ф. Беляк, а городской Совет возглавил К.М. Шалыгин. Была принята «Программа общества «столбистов» «Беркуты». Основной задачей общества стала организация разрозненных групп «столбистов» для воспитания чувства патриотизма к своему замечательному краю, к чудеснейшей, неповторимой природе «Столбов». Впервые в этот своеобразный Устав общества вносится положение  о содействии всеми имеющимися в его распоряжении средствами научно – исследовательской работе и всемерной популяризации заповедника «Столбы». Важным наследием «Беркутов» остался учрежденный ими Праздник  «столбистов», ежегодно отмечаемый во вторую субботу июня.

Знаменательное событие состоялось на «Столбах» в 1951 году. Это был праздник скалолазов, посвященный 100-летнему юбилею со дня восхождения Вениамина Капина и его воспитанников на «Первый столб». Десятки тысяч красноярцев посетили заповедник и наблюдали за головокружительными  подъемами и спусками самых виртуозных, ловких и сильных скалолазов. Поистине, это был смотр достижений красноярских скалолазов за послевоенные годы. Праздник продолжался несколько дней и, как пишет Ю.Г.Попов,  на него приезжал из Москвы наш земляк, выдающийся альпинист Виталий Михайлович Абалаков. Краевые и городские власти не оставили без внимания это событие и многочисленная группа известных скалолазов была награждена Почетными грамотами. Среди награжденных – заслуженные мастера спорта СССР В.М. Абалаков и В.П. Чередова, заслуженный деятель искусств РСФСР Д.И. Каратанов, И.Ф. Беляк и Н.Н.Беляк и другие.

Последующую историю «Столбов» и «столбизма»  писали и продолжают писать уже наши современники, люди не менее яркие, чем их знаменитые предшественники. Владимир Путинцев, Александр Губанов, Николай Молтянский, Александр Демин, Евдокия Власова, Галина Гуторина, Тамара Стекольщикова, Рудольф Руйга, Валерий Балезин, Надежда Вершинина, Любовь Захарова, Венера и Олег Черешневы, Михаил Вершинин, Вера Ферапонтова, Ирина Бакалейникова, Валерий Коханов, Николай Захаров и многие другие. Собрать под «одной крышей» всех, кто достоин остаться в истории этого уникального явления, под названием «столбизм», не представляется возможным по определению Козьмы Пруткова – «нельзя объять необъятное». И эта крупица отмеченной истории, всего лишь подтверждение не подвергаемой сомнению истины.
 
Погружаясь  в проблематику «столбизма», как явления уникального и чисто красноярского, давшего мощный импульс развития, прежде всего, человеческого потенциала, невольно выходишь на понятие стиля и образа жизни этих людей, их своеобразной философии жизни. Изучая биографии «столбистов» – людей разного возраста, вероисповедания, политических взглядов и убеждений, жизненных устоев и профессий,  начинаешь понимать,  что их объединяет  Платоновская идея калокагатии – достижения духовной и физической гармонии в мире первозданной природы, сущностью которой является и сам человек. Зерно этой гармонии живет в каждом из нас, но, прорастая,  оно наиболее ярко и отчетливо выражается  в людях неординарных, талантливых и дерзких. 

С незапамятных времен человек всегда  стремился к покорению природы. Его борьба со стихией, победа над ней, как элементы общечеловеческого прогресса, ставили и самого человека на новую ступень развития. Вечное преодоление, соперничество, в основе которых лежит открытая  Древними греками  агонистика, как безальтернативный инструмент для достижения победы не только над природой, но и над самим собой, поставили человека разумного на высшую ступень эволюционной пирамиды.

«Столбы» и «столбисты» дают богатую пищу для размышлений, изучения и творчества многим представителям различных научных направлений – филологам, историкам, биологам, геофизикам. Чего только стоит язык «столбистов», их фольклор и юмор, поэзия и проза. На столбах, как и в бане – все равны. Здесь нет начальников и подчиненных. Всех уравнивает имя, данное тебе «столбовстским» сообществом. Боб, Сапог, Седой, Мобуту, Лапоть (хоть ты и доктор наук), Джо, дядя Гена, Борисена, Никодим, Нахал, Лебедь, Вожжачок, Курбаши, Портайгеноссе, Дуська, … Всех не перечесть. Но за каждым именем – личность! Безликим на «Столбах» – имен не дают. 

Что движет всем этим людом? Почему они так упорны и настойчивы, порой безрассудны, всегда отважны и бесшабашны. Почему именно там, на «Столбах»,   они находят упоение в серьезных, а порой и смертельных рисках? Только ли адреналин, как биологический стимулятор, толкает их на вершины  отвесных скал?  Ответы на эти вопросы лучше всего искать в судьбах  и характерах самих скалолазов. Все они очень разные, но есть в каждом  нечто такое, что объединяет их. Это дух свободы и сибирский характер. «О сибирском характере говорят и пишут чаще всего с восторгом и уважением, которое ассоциируется  с великим духом и силой воли, патриотизмом и порядочностью, утверждает известный красноярский педагог  профессор М.И.Шилова.  В этом состоит и представление самих сибиряков о себе, элемент народного самосознания, формирующегося в процессе исторического развития. Характер большинства населения, проживающего в определенных условиях и преимущественно проявляющего соответствующие субъективные особенности и мировоззрение, характеризуется как социальный. В нашем случае это выражается через метафору «сибирский характер», в которой проявляется образ, гражданский и патриотический дух сибиряков». Как не восторгаться спортивным и гражданским подвигом легендарного красноярского скалолаза  Александра Губанова, спасшего под не прекращающимся камнепадом швейцарскую спортсменку в горах Уэльса. Это его калоши хранятся в зарубежном национальном музее, как дань уважения силе духа и  отваге сибиряка.

На «Столбах» всегда витал дух свободы. О «Столбах», как о существующей стране свободы написал Леонид Петренко в своей книге «Красноярская мадонна». «Это не планета открытая для переселения. Перед нами страна - досуг, страна - кузница, страна  - праздник, цветник фантазии  и романтики. Сюда приходят в гости к лучшему другу, отдохнуть душой и телом, испытать себя в благородном искусстве свободного скалолазания, омыть сердце в чистилище природы, вступить в круг идеальных отношений бескорыстной дружбы. Адрес этой страны: центр России, середина Азии, самое сердце Сибири – Красноярские Столбы. Трепетом и смыслом жизни сердце пейзажа наполняет движение свободного скалолазания – «столбизма». На отвесе высочайшей скалы двухметровыми буквами белеет истинное название колыбели и обители скалолазания: «Свобода».

Не удивительно, что в среде «столбистов» были люди и свободомыслящие, с критическим складом ума и непокорным характером. Даже в годы так называемого застоя и перестройки   их философский взгляд на жизнь и происходящие в стране процессы заставлял соответствующие органы  пристально присматриваться к ним. Одним из таких бунтарей был Анатолий Ферапонтов по кличке «Седой», написавший удивительно сложное по своей  конструкции и глубокое по смыслу стихотворение «Связали крылья…».

На столбах были, есть и, очевидно, всегда будут, и люди с разной степенью юмора и иронии, формирующие тот необычный сленг, который присущ только «столбистам». В этом ряду выделяется Владимир Деньгин, написавший серию книг о «Столбах» и «столбистах» « Нигде в мире….», предварив их  предостережением о том, что непечатные выражения в тексте – не самоцель, а способ кратко и точно выразить суть. И это тоже философия «столбизма».

Лилия Подберезкина – филолог по образованию и большой знаток «столбовской» жизни рассматривает «столбизм» как тип культуры, где проявляются,  прежде всего, обрядово – зрелищные формы – праздники, фестивали, народные гуляния, смеховые действия «столбистов», соревнования, демонстрация сложных трюков на скалах, красивое прохождение хода или хитрушки. Один из традиционных обрядов – колошевание. Значительное место в этом типе культуры занимают бардовские и речевые традиции «столбистов» ( «хохмы», «столбовский» треп).

Свою точку зрения на «столбизм», как на  феномен гармонизации человека и природы высказывает известный ученый, доктор технических наук, профессор, мастер спорта СССР по альпинизму Лаптенок Валерий Дмитриевич – «столбист» до мозга костей, исполнитель бардовских песен, душа «столбовских» кампаний. Отмечая «столбизм», как явление многогранное он акцентирует наше внимание лишь на некоторых характерных чертах этого явления, в частности на бесстраховочном лазании по скалам, развивающим не только физические способности человека, но и формирующим целый пласт эмоционально-духовных и волевых качеств.  

Уникальную характеристику «столбистов» и «столбизма» находим у Геннадия Коваленко – человека неординарного: ученого, спортсмена, наставника.  Вот, что он пишет об этом в своих философских размышлениях: «Столбист» – это бывалый человек, смелый, проверенный в природных катаклизмах. Для добропорядочного обывателя – это гуляка, дерзкий экстремал, способный на неожиданные выходки. Люди из других краев признают в «столбистах» открытость, самоотверженность, коммуникабельность, ловкость, неутомимость в походах и горовосхождениях.  Из «столбистов» вышло немало выдающихся спортсменов, художников, литераторов, ученых различных наук и просто полезных обществу людей. Незатейливые байки, перезвон гитары, песни о горах, туманах, перекатах, парусах или озорные пересмешки под Вертинского, Есенина, свои придумки с философско-фантастическими темами медитативно вводят начинающего «столбиста» в мир, пахнущий дымком, горелым кремнём  и … авантюризмом. Все это становится его истинным обиталищем, в которое он стремится вернуться всю оставшуюся жизнь».

Писать о «столбизме» и не сказать о Евдокии Власовой, «столбовское» имя «Дуська»,  равносильно тому, что читать стихи А.С. Пушкина и не знать имени автора.  Вот лишь штрихи  ее биографии в изложении ее друзей, опубликованные в вестнике «Столбист» в марте и ноябре 1999 года.  Это надо сделать еще и потому, что Евдокия Власова, не только одна из самых ярких легенд красноярских столбов, она чемпионка СССР с божьим даром скалолазки, заслужившая всеобщее признание «столбовской» братии, а посему нашу благодарную  о ней память.

Евдокия Власова (16.06.1944 – 12.11.1999) 

Расплатой за душевность, за порыв,
За то, что мир они иначе видят,
Есть имена, похожие на взрыв –
Их или любят, или ненавидят.

Яркие личности порождают и свет, и тень. Каких только сплетен не слагали про Дуську: она и бомж, и уголовница, и развратница. А в характеристиках с места работы всегда подчеркивалась ее добросовестность и надежность. Председатель спелеосекции шинного завода Н. Ефимов говорил: « Дуська – она вроде бы ничего не делает, но без нее все разваливается!» Главный конструктор судостроительного завода, единственный в стране заслуженный тренер СССР по скалолазанию В.Г. Путинцев сказал, как отрезал: « Е.Ф.Власова – самый надежный член команды!» Под словами «дяди Пути» подпишется вся старая скальная гвардия Красноярска и СНГ.
Имя это возникло на Столбах как-то неожиданно и звучно, как выстрел. Ну, виданное ли дело, чтобы женщина заправляла компаниями «столбистов». Да еще какой компанией – то ли гастрольный ансамбль, то ли труппа оперетты, состоящая из одних героев-любовников. «Веселые ребята» (третья в истории «столбизма» группа с таким названием) – и лазили лихо, и пели не тихо, и девицы средь них порхали яркие. А предводитель – девчонка – стрекоза: певунья, попрыгунья, заводила  первая на скалах, первая в хохмах, первая в песнях, первая по хозяйству. 
Этот вихрь жизненной активности был к тому же и клубком противоречий. Крайне правдивая, болезненно честная девчонка с городской окраины не способна была принять идеологическую лживость нашей жизни, на дух не переносила моралистов всех мастей. А уж как ведется испокон на Руси – на обиды и неправды или топор, или сквернословие, возведенное в ранг искусства. Так что матюги слетали с Дуськиных губ, как соловьиные трели. Она даже стала лауреатом «столбовского»  конкурса крутой частушки – 40 минут без перерыва исполняла тексты, достойные И. Губермана.
Высокая, плотная, осанистая девушка, с волнующей грудью, полными, стройными ножками – такой даме лебедушкой бы плыть по кремлевской сцене. Но под роскошной женственностью таилась взрывная сила акробатки, острый и дерзкий ум, героическая душа свободного человека. Дуся умела плыть с лебединой грацией, но по каменной сцене уходящих к небу «столбовских» ходов. Впрочем, из-под лебединой плавности частенько выпрыгивали чертики шалостей, дерзкой бравады. Например, на каменных волнах «Авиатора» озорная Царевна - Лебедь вставала на отвесную кромку «Конверта» большим пальцем левой ноги и на целую секунду замирала над двадцатиметровой  пропастью в позе ласточки.
Не участвующая ранее ни в каких соревнованиях, Дуська за один месяц покорила мир скалолазов, став некоронованной королевой Ялтинских соревнований. Глядя на нее, все уважающие себя скалолазы научились лазить запрещенным свободным лазанием, болеть, срывая горло и гитарные струны, и вообще скальный мир стал как-то мягче и добрее. В Дусю влюбились все настоящие мужчины, в том числе великий Олег Космачев и «скальный тигр» Михаил Хергиани. А суровый В.М. Абалаков стал называть ее дочкой. Чемпионка СССР Маргарита Спицина, очарованная Дуськой, сменила  благодатную  Алма-Ату на Красноярск. Тогда же, в Ялте, у Дуськи открылся дар «видеть скалу». Осмотрев какую-нибудь монотонную стометровую вертикаль, она могла своей сипловатой скороговоркой безошибочно «провести» по ней скалолаза.
   В 1967 году Дуся очаровала альплагерь «Талгар» (там даже газету выпустили «Дусино детство»); стала чемпионкой СССР по скалолазанию; а поклонники написали ее имя двухметровыми буквами на стене «Коммунара».
   В 1969 году Дуся покорила самостоятельно обе «Головы Такмака»! Той же весной, бросившись на помощь, зависшему на стене альпинисту из Перми, Дуся не успела, и сорвавшийся парень сшиб ее. Дуся упала, считай, удачно – перелом ноги. Через неделю пришла на «Столбы» на костылях и взошла «Катушками» на «Первый Столб». На остальные вершины Центральных Столбов друзья подняли ее на руках. Ну, скажите, чья невеста, какая королева удостаивалась такого триумфа? И пусть бы дольше века длился этот день признания в любви сибирской девчонке Дуське! ( Леонид Петренко, март 1999 года).
12 ноября 1999 года Евдокии Власовой не стало. Прощаясь с ней, следуя «столбовским» традициям, говорили кратко, и только то, что составляло истинную суть ее короткой, но ярко прожитой жизни.
«О Дуське много рассказывают историй: правдивых и выдуманных, романтических и похабных. Добавлю сюда только одно: Дуська была живым символом «столбизма», явлением редким и дорогим». (Татьяна Мирончик, ноябрь, 1999).

«Для Дуськи «Столбы» были любовью и замужеством, счастьем и горем, слезами и радостью. Сюда она возвращалась от обид, черпала здесь силы, тут же отдавая их другим. Столбистам же она была и другом, мамкой и нянькой, кухаркой и тамадой, свахой и крестной, раздором и мировым судьей – она была их жизнью». 

(Владимир Гордеев (Ханя), ноябрь 1999).

Эпитафию этой легендарной женщине посвятил не менее легендарный красноярский скалолаз Александр Губанов:
            
Как быстро пролетело время!
Мы снова собрались плечо к плечу-
Редеет, редеет столбистское племя,
В котором была ты подобна лучу.

Порою светила неистовой силой
А голос с хрипцою восторгом звучал.
Безумно Столбы и столбистов любила,
В себе соединяя начало начал.

Мы были с тобою единые духом:
Закат провожали, встречали рассвет.
Теперь же пусть будет земля тебе пухом,
А в наших сердцах – твой негаснущий свет!

(Ноябрь, 1999 г. )

«В большинстве случаев столбисты не ведают, что они в себе носят, - пишет Геннадий Коваленко. Это создает ореол загадочности среди обычных людей. Изучая судьбы столбистов разных поколений, невольно приходишь к выводу, что Столбы в их жизни сыграли не просто роль скалодрома, а внесли одухотворение в действия и помыслы одних и сокрушение судеб других. И это выделяет Столбы как священное место, доступное для всех, но постижимое лишь немногими.
По сути событий на территории Столбов моделируется библейский образ Рая и Ада. В свое время мне в голову пришел афоризм: « нет зла и нет добра, есть мера действия, воспринятого внятно. Всегда действительность для нас плоха и лишь иллюзия так сладостно приятна». В самом деле, грань между злом и добром возникает в осознании человеком результатов действия. Поэтому прежнее добро может обращаться в более позднее зло. Как это происходит можно понять из притчи: «Захотелось человеку обрести бессчетное богатство, и обратился он к Богу: - дай Боже столько, что не счесть. И Бог ему ответил – будет тебе по желанию твоему, но ты это должен проверять. С радостью человек взялся считать свое богатство – считает год, десять лет, сотню лет и края не видно. А богатством своим пользоваться не может, считать надо. Иллюзия добра обернулась адскими муками».
Столбы завлекают иллюзией геройства и свободы, но наступает насыщение и человек начинает испытывать недостаточность действий. И с этого момента над ним нависает опасность, которую он сам породить может. Разбой, кровавые стычки вспыхивали неоднократно в пятидесятых годах среди молодых столбистов. Многие из них попадали в тюрьмы, где перенимали криминальный образ жизни, а попадая обратно на Столбы, выливали всю грязь и подлость блатного мира, как средства борьбы за превосходство. Но это, как правило, длилось не так долго. Проявлялась загадочная закономерность искривления судьбы забуревших «блатяг» и они, порой, рано заканчивали жизнь. Дай человеку полную волю, и он себя быстро изничтожить сумеет. А на Столбах это легко получалось. Тогда в моде были африканские ритмы рока и манеры «битников» - обросших, нечесаных, немытых горилоподобных парней в узких брюках и башмаках с подошвой толщиной пять сантиметров. Африка явилась объединяющей мечтой, и вольная молодежь горланила, вырвавшись на природу:

Ах эта Африка! Ах эти тропики!
Где бродят дикие слоны и антилопу Гну!
Где готентотики, метают дротики,
Хотя и любят они мир, а не войну.

И вносила в обиход ножи-финки, самодельные пистолеты, обрезы, кастеты и бесшабашность в отношениях. Культурные столбы были прибежищем послевоенного остатка. Пьянство и буйство не процветало, а являлось единственным мерилом значимости юнца на Столбах. Юные амбиции порождали постоянные стычки между компаниями. Попадать в них не всем хотелось.
И среди столбистов начали выделяться «тихие», которые, не поддавшись «блатному миру», посвятили себя лазанию по скалам. Рождалось новое поколение, его позже назвали «шестидесятники». Было оно миролюбивое, лишено агрессивности, которое выхлестнулось из послевоенных пятидесятых лет. Альпинисты, спелеологи, скалолазы все больше фигурировали на Столбах. Ночь принадлежала «буйным» - «Абреки», «Веселые ребята» гонялись в ночном лесу друг за другом, пока, устав под утро, не заваливались отсыпаться, где-нибудь в камнях до обеда. Чтобы выспаться «тихим» приходилось уходить туда, куда «буйным» было лень добираться».

«Столбизм» не мыслим без образовывавшихся на «Столбах» компаний.

Грифы – известная «столбовская» компания, основана в 1961 году, отличается спортивным направлением и высоким мастерством лазания. На материале жизни «грифов» А.А. Михайловым был снят фильм о «столбизме» «Поклонение камням». Грифы – это и скала высотой 50 метров в районе «Диких Столбов», на которой неоднократно отстраивала свою избу компания «грифов». (Терский Н.Л. – Енисейский энциклопедический словарь, 1998).

Кто они, «Грифы», – обычные люди,
Разные люди, но здесь на Столбах, -
Грифы – союз человеческих судеб,
Соединенный в мечтах и делах.

Домик на скалах, где собраны вместе
Сила и смелость, улыбки и смех,
Добрых сердец задушевные песни,
Гостеприимство и шутки для всех.

Стоит открыть для себя эти двери
В дом, что стоит среди камня и звезд.
Жизнь свою хочется всю перемерить,
Так ли мечталось, так ли жилось?

Может, напрасно себя утешали,
Трудных дорог обходя колею,
Может быть, главное что-то теряли,
Веря в покой и удачу свою?

А уходя в суету своих буден
Дальше и дальше от Грифовских скал,
Думаешь: пусть он навечно там будет – 
Домик, где этих людей повстречал.

(Тоня Синенко)

Известный «столбист» Владимир Деньгин – человек, не нуждающийся в представлении в среде «столбовской» братии, так описывает появление стоянки и избы «Грифы».
«В конце мая – начале июня 1961 года студенты Красноярского машиностроительного техникума: Николай Молтянский, Владимир Тронин, Владимир Деньгин, Геннадий Злотников, после сдачи сессии ушли на неделю открывать для себя «Дикие Столбы». Тогда и была обнаружена скала, на которой вскоре и возникла стоянка «Грифы».
Уже в августе первая по ходу ниша на скале была перекрыта бревенчатой стеной, а внутри установлена железная печка. Правда, в этом помещении невозможно было выпрямиться в рост, но нас это не смущало. Мы активно осваивали скалы «Диких Столбов».
Появившийся в ноябре на «Грифах»  Александр Пляскин, буквально набитый идеями, предложил построить избу во второй, большой нише, в которую вел карниз шириной в ладонь над 40 – метровым отвесом. За лето и осень 1962 года изба вместимостью от 20 до 50 (!) человек была построена и 7 ноября отметили новоселье. В избе были громадные двухэтажные нары, стоял стол, в углу – печка, а на свободном пространстве могли танцевать вальс 2 пары! За избой рос раскидистый кедр, лет двухсот, не меньше. Его сук упирался в стену и при ветре издавал зловещий скрип, пугающий в ночной тишине гостей (хозяева привыкли). В это же время (1962- 63 г.г.) начались наши альпинистские, пещерные, горнолыжные и другие похождения. В компанию вошли: Геннадий Коваленко, Валерий Лаптенок, Виталий Федоров и другие, не менее яркие личности. В 1963 году в коллектив Грифов влился и будущий мэтр красноярского альпинизма Юрий Сапожников, получивший «столбовское» имя «Сапог». К сожалению, первая изба простояла до апреля 1964 года. Она была сожжена лесниками заповедника. Больше всего, было, жаль огромного кедра – он-то, в чем виноват?
Потом было житье в брезентовой палатке, когда волосы за ночь примерзали к изголовью. Потом были другие избы, также регулярно сжигаемые работниками заповедника – но стоянка Грифов жила, а ее обитатели взрослели, совершенствовались в спортивном классе, растили себе смену. Сейчас на Грифах появляются уже внуки первопоселенцев стоянки.
Среди «грифовцев» немало мастеров спорта по альпинизму, по скалолазанию; чемпионы страны и международных соревнований; основатели дельтапланеризма в Красноярске; первооткрыватели глубоких пещер. По профессии, в основном, «технари»: инженеры, шофер, электрик, есть даже доктор наук по кличке Лапоть. А на Столбах все они СТОЛБИСТЫ: готовы лезть куда угодно и в любое время, чтобы поглядеть на мир с высоты; готовы профессионально помочь любому на скалах, лыжне, в тайге…
«Грифы» – одна из поющих компаний: со своим репертуаром, со своими бардами и менестрелями. Вечера на «Грифах» – это песни до отбоя, когда поют все: с голосом, без голоса – но с душой, вложенной в песню без остатка. А после отбоя – бурные дискуссии: будь то политика, экология, или применение методов шаманов Севера в инженерной практике. Или Боб заведет одну из нескончаемых историй, под которую так хорошо засыпать. А когда, утомленные, все заснут, под утро ввалится  «путник запоздалый» голодный и промокший и начнет шарить по кастрюлям, стараясь никого не разбудить – и, конечно, всех перебудит. Тут все начинают переваривать принесенную им информацию – ему же, на сон грядущий ставится несколько галош…
Не иссякает у «Грифов» спортивный задор, соревновательность в любом деле: будь то скалолазание, заготовка дров, разбивание лбом куска комкового сахара, или обливание водой на 30-градусном морозе.
Свое видение становления стоянки «Грифов», очевидно, есть у каждого, кто стоял у истоков этой легендарной избы. Вот как описывает это Геннадий Коваленко. « В начале шестидесятых группа выпускников техникума во главе с Николаем Молтянским наткнулась на скалу «Танк» с удобной нишей, где спрятались от непогоды. Первооткрывателем удивительного места под столбом «Крепость» считают краеведа Беляка Ивана Филипповича. Он дал описание небольшого скального островка на высоте более трех десятков метров. Для пятидесятых годов прошлого  столетия это были настолько дальние места,  что о них знали немногие. Но в 1961 году возникла стоянка на скале, похожая на гнездо грифов. Уединение дало возможность  сохранять спортивный режим. Компанию в несколько человек решили назвать, по предложению Николая, «Альтаир». Но это название не прижилось – слишком далекая от понимания простых ребят звездная суть, которую непонятно как проявлять. Вот «Грифы» – это ясно, сидишь себе на скале и, когда надо ниспускаешься до земли. Этот факт сам по себе значимый, звездное название – глас неба. Земное – вожделение плоти. Тогда, для нас молодых, стремление достичь высот мастерства в лазании по скалам, в горнолыжном деле, в альпинизме, в дельтапланеризме поглощало жизненные силы, оставляя небольшую часть времени семейному быту. Возникла не просто компания, а сакральный дом и это почуяли разные астрологи, экстрасенсы, впоследствии они неплохо подпитывали себя избытком жизненных сил, исходящих от «Грифов».  
Отклик тех лет отражен в шутливом стихотворном - воспоминании о «столбовской» молодости:

Чуть позже на Столбах появлялись другие компании с подобным направлением развития – «Эдельвейс», «Голубка» и другие. Наступило время уникумов скального искусства, которые, как ни странно, были весьма скромные и мало заметные. Через некоторое время их имена звучали в мировой прессе в качестве знаменитых скалолазов, альпинистов, дельтапланеристов. Александр Губанов, Александр Демин, Николай Захаров, Валерий Балезин, Юрий Сапожников, Валерий Лаптенок, имярек Коваленко Геннадий обрели общую известность, но для друзей – столбистов они остались как Шурик, Саня, Коля, Валера, Сапог, Лапоть, Генка.  Любит народ краткость, да и на Столбе, когда лезешь, нет времени все титулы перечислять – имя должно быть кратким, как выстрел.
В своем саморазвитии в природном Храме – Столбы возникла плеяда ученых, скалолазов, альпинистов, спелеологов, дельтапланеристов мирового уровня, прославивших Красноярск. Палеокосмический феномен Столбов проявляется в полной мере».

Голубка 1) небольшая скала на Столбах в левобережной части долины Столбовского Калтата (первое название Верхопуз); 2) компания столбистов и известных альпинистов (С.Г. Баякин, В.П. Коханов, Е.Д. Бакалейников, Н.А. Сметанин, С.М. Антипин, А.В. Кузнецов и др.) – участников экспедиции на Эверест-96, изба которых находится недалеко от скалы.(Л.З. Подберезкина - Енисейский энциклопедический словарь, 1998).

Краткую историю компании «Голубка» мы приводим в изложении известного красноярского альпиниста, 3-х кратного чемпиона СССР Николая Александровича Сметанина. Компания «Голубка» считается одной из самых спортивных на Столбах. Но это случилось не сразу. Становление коллектива проходило естественным путем. В 1971 году случайно встретились в одном из походов в пещеру две группы единомышленников. С тех пор и завязалась дружба. Эта встреча послужила точкой отсчета истории этой удивительной компании друзей и датой рождения теперь уже знаменитой «Голубки». Основными организаторами и вдохновителями компании, вокруг которых сплотился будущий коллектив стали двое друзей – Сергей Баякин и Владимир Захаров. Рядом с ними у истоков компании стояли Зоя Дядичкина, Сергей Климович, Алексей Новиков, работающие в то время на радиозаводе. Стоянка, где обосновалась компания, как потом выяснилось, оказалась знаковой. Старый сруб избы, на который решили поставить новые стены, как потом выяснилось, был  ничем иным, как существовавшим в 1915 -1925 годах биваком – стоянкой братьев Абалаковых. Вот уж действительно «намоленое» место, поскольку на протяжении короткого исторического периода, в совершенно разных условиях из него вышло не одно поколение знаменитых альпинистов. 
Название компании исходит от скал «Голубки», расположенных неподалеку. Если о жизни братьев Абалаковых и их пребывании на Столбах написано немало, то история становления и «второго дыхания» - возрождения этих мест и компании «Голубка» известна не многим.
В начале коллектив друзей, объединенный любовью и привязанностью к «Столбам», представлял собой  этакую «столбовскую» вольницу, отличающуюся разнообразием увлечений. Помимо посещения «Столбов» совершались походы  в пещеры, сплавлялись по Мане. Численный состав компании,  бывало, доходил до 30 человек. Люди по-разному попадали в коллектив «Голубки». Кто-то приводил друга, кто-то встретился на скалах. А дальше, кто не прижился, уходил сам. Если оставался, то уже надолго, становясь полноправным «голубкинцем».
Для членов «Голубки» Столбы стали школой жизни. Все происходило естественно, согласно законам природы и непреложного правила – «от простого – к сложному». В самом начале знакомство со Столбами заключалось в том, чтобы подняться на скалу и спуститься. Ни о каких веревках и страховке речи не было. Только свободное лазание, или противостояние – стихия скал и человек.
Столбы все больше притягивали. Все свободное время проводили на скалах, несмотря на капризы погоды, время суток и времена года. Период «дикого столбизма» продолжался до тех пор, пока первый представитель компании не съездил по путевке в альплагерь. За ним поехали и другие. На эти годы выпал пик развития «столбизма», как явления общественного и самодеятельного. Массовость любителей «Столбов» – зашкаливала. Компании возникали как грибы после дождя. Правда многие, так же быстро и распадались. Выживали наиболее крепкие и дружные, среди которых «Грифы», «Эдельвейс», «Идея», «Голубка». Живучесть этих компаний объясняется заложенным  в основу их существования принципом спортивной направленности  уклада жизни.  В последующие годы из этих коллективов и формировался основной состав сборных команд Красноярского края на чемпионаты страны по скалолазанию и альпинизму.
Изба «Голубка» на Столбах стала вторым домом для ее обитателей. Благодаря Столбам друзья по «Голубке»  окрепли физически, подготовились технически и укрепив волю, уверенно стали штурмовать самые высокие горы планеты. Это стало возможным благодаря освоению всех сложнейших ходов-хитрушек, будь то ход «сумасшедший» на Митре, «коммунар» и «призы» на «Первом столбе», «авиатор» и «ухо» на «Перьях». Особой популярностью пользовалась так называемая «Подкова». По сути, выражаясь современной спортивной терминологией, это разновидность круговой тренировки, особенностью которой было свободное лазание без страховки. Начинали обычно со скалы «Митра», потом «Второй столб», затем «Первый», «Дед», «Перья», «Четвертый столб», где на каждой скале преодолевали  немало «хитрушек». Эта забава проходила в непринужденной обстановке в виде соревнований на каждой скале. На это уходило по 3-4 часа и если это была суббота, то на следующий день все повторялось. В ходе этой забавы было открыто много новых сложных ходов и «хитрушек». Основной костяк компании составляли молодые, амбициозные люди, впоследствии  подтвердившие свое высокое реноме в скалолазании и альпинизме, ставшие золотым фондом красноярского спорта. Вот их имена: Сергей Баякин (Серый), Юрий Яровиков (Удавчик), Владимир Захаров (Захар, Красавчик), Валерий Богомаз, Евгений Бакалейников (Джек), Виталий Пономарев, Валерий Коханов, Сергей Антипин, Александр Кузнецов (Кузя), Константин Колесников (Коцан), Николай Сметанин, Владимир Подольный (Аллигатор), Людмила Суворкина, Ирина Лизоркина (Ируля), Алексей Новиков, Михаил Шерин, Александр Купцов (Купец). Подросла и молодежь, среди которой выделяются Иван Хатнюк и Аркадий Филиппов, уже покорившие несколько семитысячников и совершившие серьезные восхождения в Непале, Эквадоре, Аргентине, Перу. И, несмотря на то, что опытная гвардия из «Голубки» не так часто посещает родные пенаты, дух победителей там живет и поныне.
С юмором у обитателей этой знаменитой избы тоже все в порядке. И хотя все они очень разные Валерий Коханов в своих бессмертных стихах «нарисовал» общий портрет:
В «Голубке» весь простой народ, 
Однако есть иные:
Есть очень умные у нас,
А есть умом худые.
Есть мелкие и сильные,
Есть дохлые, есть длинные,
Есть толстые, хорошие,
Есть лысые и с блошками,
Есть интеллекты и глупцы…
Но в куче все мы – молодцы!

Эдельвейс – 1) широко известная спортивным мастерством компания альпинистов (В.В. Балезин, Н.Н. Захаров, В.А. Лебедев, А.В. Богачев, В.А. Архипов, А.П. Карлов, С.В. Ченцов и др.), скалолазов (И.Г. Бакалейникова, Л.П. Захарова, Е.В. и Е.Л. Овчинниковы, В.С. Никуленок и др.) и столбистов; 2) изба этой компании в районе Диких Столбов (существует с 1967). (Подберезкина Л.З. Красноярский энциклопедический словарь, 1998 ).

История избы, «Эдельвейс», вспоминает Николай Захаров в вестнике «Столбист» № 12 за 1998 год,   начиналась в 1964 году, когда Василий Голубцов сотоварищи тайно начали  строить избу на укромной полянке у истоков Бабского Калтата под Кабаргой. Но бдительные лесники, выследив друзей, распилили сруб. Затем, стажируясь в альплагере у инструктора Жени Лемешева, Василий рассказал тому  об идее постройки избы, которая и была возведена. Торжественное открытие состоялось 7 ноября 1968 года. Вот имена первых строителей: Е. Лемешев, В. Голубцов, В. Теплых, В. Хаскин, П. Гурский, А. Кузьменко, братья Лихановы. Их воодушевляли Л. Суворкина, Л. Славкина, Лариса-Шапокляк, Галка-Медичка и др.
Изба сгорела в 1972 году. Компания переселилась в только что отстроенную баню. Обустроились: возвели второй этаж, соорудили люк (позже идею строительства двухэтажной избы подхватили обитатели других стоянок). К тому времени на основе секции политехнического института сформировался основной костяк компании: А. Богачев, С. Ченцов, В. Лебедев, В. Балезин, А. Карлов, В. Колотий и Н. Захаров. Компания стала активно осваивать Столбы зимой и летом. Имела стоянки под Китайкой, Такмаком, Манской Стенкой. В 1976 году, когда баня стала тесной, была построена огромная, красивая изба, которую прозвали «Теремком». Но работники заповедника избу спалили. Через два года была построена новая изба. К этому времени произошла смена поколений и на базе  возрожденного «Эдельвейса» сформировалась новая компания, которая существует и по сей день. Избу же сжигали неоднократно, но каждый раз ее отстраивали вновь. Последний вариант избы, воплощенный в бетоне и железе, стоит и поныне.

«Столбы» и «столбизм» - неотъемлемые части красноярского ландшафта и  своеобразной культуры красноярцев.